рунетки

Баранов А.В. Изменения политических предпочтений избирателей Кубани 1999-2004 гг.: самоорганизация и электоральная инженерия

Политические предпочтения избирателей Кубани, - тема, актуальная в силу своей малоизученности и острой дискуссионности. Данная тема является одним из важных аспектов более широкой проблематики электоральной географии, политической социологии, политического менеджмента. Она междисциплинарна как по источниковой основе (статистика и картография выборов, периодическая печать), так и по методам анализа (построение вариационных и динамических рядов, агрегирование индикаторов, сравнительный анализ).
Политические предпочтения избирателей Краснодарского края изучались в качествен региональных проявлений общероссийских процессов в работах В.А. Колосова, Г.В. Марченко, Р.Ф. Туровского, Н.В. Петрова, А.С. Титкова и других аналитиков1. Другой аспект - электоральное пространство в контексте региональных политических культур рассматривали М.М. Кириченко, Е.В. Морозова, А.В. Баранов, А.И. Кольба2. В-третьих, политические предпочтения кубанцев изучаются с точки зрения элитологии А.К. Магомедовым, М.М. Кириченко3. Но в исследовании темы остается немало пустых "лакун" и публицистических суждений, быстротеряющих значимость. Чаще всего изучается краткий временной интервал (1-2 года). Слабо анализируются социально-исторические предпосылки типов голосования. Редко рассматриваются внутрирегиональные вариации голосования.
Объект нашего исследования - политические предпочтения избирателей Краснодарского края. Временные пределы анализа заданы выборами в Государственную Думу РФ 1999 и 2003 гг. Привлекается для сравнения опыт голосований на президентских выборах 2000 г., губернаторских выборах и выборах Законодательного собрания края.
Цель работы - проверить гипотезу о типе структуры электорального пространства Кубани, по которой преобладающими факторами голосования являются социокультурные расколы "город-село" и "казачьи-неказачьи исторические традиции местных сообществ".
Задачи работы таковы: 1) определить степень и характер влияния партий и предвыборных объединений на предпочтения жителей региона; 2) выявить пространственные ареалы влияния основных партий и их изменения; 3)сравнить процессы самоидентификации регионального сообщества с целенаправленным формированием политических предпочтений.
Основные черты электората Кубани, вкратце, таковы. Краснодарский край занимает 3-е место в РФ по численности избирателей (3.857.992 внесенных в списки), что обеспечило формирование 8 одномандатных округов по выборам депутатов Госдумы. В сравнении с выборами 1999 г. электорат умножился, что позволило разукрупнить округа и приблизить их по численности избирателей к среднероссийскому уровню (468 тыс. по стране, 482 тыс. по краю)4. Для политических предпочтений кубанцев характерны черты традиционализма и этатизма большинства при наличии лакунарных "очагов" относительно либерального голосования. Традиционные горожане составляют в крае лишь 54% населения. Интеллигенция относительно малочисленна и может влиять на голосование только в 5 крупнейших городах (Краснодар, Сочи, Новороссийск, Армавир, Туапсе). Регион имеет одну из наиболее пожилых структур электората в РФ (18-е место по среднему возрасту). Остро выражены этнокультурные и религиозные размежевания избирателей, миграционная проблема и межэтнические отношения постоянно считаются в массовом сознании одной из приоритетных проблем политики. По типологии вариантов партогенеза, предложенной Е.В. Белокуровой, Кубань можно отнести к государственно-корпоративному, а не к партнерскому или либерально-корпоративному типам5. Партии имеют преимущественно "городскую" социальную базу. Сельские жители голосуют чаще всего в соответствии с волей местных и региональных властей, т.е. проявляют качественно иной, чем жители крупных городов, набор стереотипов своих предпочтений. Совокупность всех обрисованных выше факторов объясняет слабую "укорененность" партий в массовом сознании регионального сообщества.
В 1990-х гг. голосование кубанцев служило одним из ярких примеров "красного пояса". Однако на думских выборах 1999 г. и президентских выборах 2000 г. произошел значительный сдвиг предпочтений в пользу центристских сил, ярче выявились внутрикраевые различия в симпатиях избирателей. Для корректного сравнения предпочтений на длительном отрезке времени мы предложили агрегировать показатели голосований по партийным спискам в системе координат: "национал-консерваторы", "либералы", "центристы-партия власти", "левоцентристы (социал-демократы)", "коммунисты." Эта шкала позволяет абстрагироваться от сиюминутных подробностей, сосредоточиться на главных тенденциях выборов.
- - - -
Данные таблицы позволяют подтвердить коренной сдвиг партийных предпочтений от коммунистов в пользу "Единства", а позже - "Единой России". Можно возразить, что такова общая тенденция выборов 2003 г. по стране и усматривать её причину лишь в "административном ресурсе". Но, на наш взгляд, это будет поверхностным взглядом на проблему. Более корректно искать причины отказа в доверии КПРФ в акцентировании государственного патриотизма и консерватизма, традиционно влиятельных среди ценностных ориентаций кубанцев. Тем же объясняются успехи ЛДПР и "Родины", игравших на аналогичных чувствах с целью перехвата голосов избирателей КПРФ. Названные выше черты регионального менталитета накладываются на субъективную готовность участвовать в предпринимательстве и государственном строительстве, образуя в итоге причудливый феномен "бизнесмена-патриота", сторонника "самобытного, народного капитализма". В сознании избирателей этот образ противопоставляется образу "московского финансиста-космополита", проводника западных интересов и угнетателя малоимущих регионов. "Дело ЮКОСа" и последующие пиар-эффекты были восприняты названным сегментом избирателей весьма положительно.
Кратко рассмотрим пространственные ареалы влияния основных партий на Кубани. Источниковую основу для выводов составили результаты выборов в Госдуму по городским и сельским районам за 1999 и 2003 гг.
"Единая Россия" вышла на среднероссийский уровень влияния (37,0%) за счет перехвата национал-консервативных и социальных лозунгов, а также благодаря смене политических симпатий губернатора А.Н. Ткачева (перешедшего из КПРФ в ЕР). Разброс голосов по краю за "Единую Россию" мал, но всё же видна тенденция пониженной поддержки в Краснодаре (34,3%) и периферийных сельских районах. Наибольшую поддержку оказали горожане Сочи и Туапсе (39,5%).
КПРФ потерпела, как и во всей стране, жестокое фиаско. Но всё же она сохраняет потенциал поддержки 17,2% (в полтора раза выше среднероссийского). Наибольшую опору КПРФ имеет в окраинных сельских районах (Каневском, Крымском), в Тихорецком и Армавирском одномандатном округах (т.е. сельских местностях с лакунарным положением городов). Как и прежде, самая малая поддержка КПРФ - в Новороссийске и Туапсе (по 13,2%), в Сочи (14%). Электорат КПРФ сосредоточен вдали от оживленных коммуникационных потоков и крупных городов, в бывших казачьих районах края.
Неожиданностью стал успех ЛДПР и "Родины". Но их территориальная поддержка противоположна. За ЛДПР голосуют прежде всего жители Черноморского побережья и восточной части края, а меньше всего - в г.Краснодаре (9,5%). "Родина" получила основную поддержку как раз в краевом центре (13,7%) и прилегающих казачьих районах, а наименьшую - на Черноморье и востоке края.
"Яблоко" и СПС, как всегда, провалились на Кубани. Избиратель невосприимчив к "лобовой" пропаганде либеральных ценностей, а рекламные уловки вызывали скорее отторжение, чем приязнь. Изолированными очагами поддержки правоцентристов остаются Краснодар (4,4 и 3,4% соответственно), Сочи (3,7 и 3,1), Туапсе (3,7 и 3,7%). Малые и средние города обычно отказывают либералам в поддержке, предпочитая "Единую Россию". Имеется поддержка СПС и "Яблока" только в городах с населением свыше 200 тыс. чел., как правило, за пределами исторического проживания казачества.
Отметим манипулирование нарезкой избирательных округов (джерримендеринг). Жители г.Краснодара, склонные в большей мере поддерживать либеральные силы, искусственно разделены между 2 избирательными округами с солидным "довеском" сельских жителей. Избирательные комиссии 4 округов из 8 размещались не в крупнейших населенных пунктах. Большой Сочи совершенно надуманно был объединен в 39-й Апшеронский округ с 3 сельским районами, отрезанными… Большим Кавказским хребтом. В будущих избирательных кампаниях данный фактор наверняка сыграет свою роль в переделе голосов.
В итоге исследования сделаны следующие выводы.


ПРИМЕЧАНИЯ

1Колосов В.А., Криндач А.Д. Тенденции постсоветского развития массового сознания и политическая культура Юга России // Полис.1994. № 6; Марченко Г.В. Россия между выборами // Там же.1996. № 2; Туровский Р.Ф. Политическая география. М.; Смоленск, 1999; Петров Н., Титков А., Электоральный ландшафт // России в избирательной цикле 1999 - 2000 годов. М., 2000.
2 Кириченко М.М. Какого цвета электоральная карта Кубани? // Человек. Сообщества. Управление. Краснодар, 2000. №1; Морозова Е.В. Политическая коммуникация и политическая реклама на выборах губернатора Краснодарского края // Региональные выборы и проблемы гражданского общества на Юге России. М., 2002; Баранов А.В. Политические партии и объединения Кубани: география электоральной деятельности // Там же; Кольба А.И., Кольба Н.В. Выборы в Законодательное собрание Краснодарского края в контексте трансформации региональной политической системы // Человек. Сообщество. Управление. 2002. № 4.
3Магомедов А.К., Кириченко М.М. От Ельцина к Путину: Кремль и региональная Россия (на примере Ульяновской области и Краснодарского края) // Феномен Владимира Путина и российские регионы: победа неожиданная или закономерная? М., 2004. С.267-311.
4Rokkan S., Urwin D. Economy, Territory, Identity. Beverly Hills; London, 1983; Lipset S.M., Rokkan S. Cleavage Structures, Party Systems and Voter Alignments // Party Systems and Voter Alignments / Ed.by S. Lipset and S.Rokkan. N.Y., 1967. P.1-64.
5Белокурова Е.В. "Третий сектор" и региональные власти // Политическая социология и современная российская политика. СПб., 2000. С.272-294.
Файл приложения: Baranov.doc
Опубликовано: 07.07.04