Пеньков В.Ф. (Тамбов). Выборы-2003: успех или поражение

Десятилетие Конституции 1993 года было отмечено, пожалуй, как никогда всенародно. Ведь именно в декабре 2003 года в России прошли выборы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, а в десятке регионов – выборы глав исполнительной власти. Если добавить сюда состоявшиеся муниципальные выборы в ряде субъектов Федерации, то картина будет полной. Итоги этих политическим кампаний (весьма разных и весьма схожих одновременно), пожалуй, можно определить как закономерные.
Во-первых, у граждан нарастает явное пресыщение самой процедурой выборов как мерила демократии.
Во-вторых, некоторая стабилизация и успокоенность, наступившая в обществе и государстве с приходом к власти Президента России В.В. Путина, как ни странно, привела к оттоку значительной части избирателей от активного участия в электоральном процессе.
В-третьих, итоги декабря 2003 года наглядно подтвердили факт существования в социуме общественного мнения. Вопрос, правда, в другом: как оно (это мнение) сформировалось? Естественным путем или явилось результатом некой манипуляции, пиаровских акций и предвыборных технологий.
Каковы бы ни были корни общественного мнения (это предмет отдельного разговора), но итоги голосования, в частности, по партийным спискам, отражают социально-политические реалии. Здесь было бы очень полезно вспомнить одного из классиков отечественной политологии Б.Н. Чичерина, который еще в позапрошлом веке дал ответы на вопросы, ставшие неразрешимыми для ныне проигравших правых, а также левых, вышедших из думской кампании 2003 год не в лучшей форме.
Напомню, что политическая платформа Б.Н. Чичерина, основу которой составляли идеи классического либерализма, явилась отправным пунктом для написания им серии работ, затрагивающих широкий спектр проблем от создания государственной школы русской историографии до изучения вопросов народного представительства, от теории “закрепощения и раскрепощения сословий” до обоснования постулата о свободе личности как базисного принципа общественного развития. Думается, для современной политической науки и практики не утратили актуальности его идеи необходимости публичности и гласности деятельности правительственных и судебных структур.
Выработанный ученым в XIX веке принцип “либеральные меры и сильная власть” востребован конструктивно настроенной политической элитой нашей страны. Можно предположить, что современные идеи создания “вертикали власти” в сочетании с либеральными моделями социально-экономического развития общества и государства, во многом имеют “чичеринские” корни. Будучи по своим воззрениям государственником, Борис Николаевич в своей известной фундаментальной работе “О народном представительстве”, опубликованной в Москве в 1899 году, глубоко исследовал основные цели и механизмы реализации народного представительства, особо подчеркивая, что “политическая свобода является высшим развитием свободы личной”, указывал на необходимость “соглашать разнообразные стремления свободы с высшими требованиями государства”.
Б.Н. Чичериным были прописаны технологии реализации, говоря современным языком, принципа сдержек и противовесов через “взаимный контроль воздерживающих друг друга властей”, что делает возможным “надежное обеспечение хорошего управления”.
Базируясь на материалах научного анализа зарубежной практики от античности до своего времени, прекрасно зная особенности политической культуры тогдашней Российской Империи, он же предостерегал от излишнего упования на возможности и ресурсы парламентаризма. Указывал, например, на то, что “представительное собрание менее способно к обдуманному, зрелому, стройному законодательству”, поскольку “большинство представителей состоит из людей, которые знакомы с практикой, но не изучали теории законов и не вращались в государственных кругах”. В условиях перманентных выборов в современной России и ее регионах этот посыл из прошлого звучит более чем злободневно…
Практически впервые в отечественной политической науке Б.Н. Чичериным был предметно изучен феномен общественного мнения, являющегося, по мнению ученого, “плодом и выражением созревшей политической мысли”. Изучение общественных настроений, его учет при выработке управленческих решений ученый рассматривал как одно из непременных условий государственного управления, “где общественное мнение дает ему постоянную опору, где общество всегда готово стоять за свои права”.
Фундаментальные положения современной отечественной теоретической партологии, как значимой части политической науки, также находим в трудах Б.Н. Чичерина. Русский политолог утверждал, что возникновение политических партий возможно только на почве общественного мнения. Вообще обращение к чичеринскому пониманию партийно-политических проблем дает сегодня ответы на многие вопросы партийного строительства. Полагаю, что без осознания гражданами себя как некоего сообщества, без выработки в социуме системы взглядов, выстраивания иерархии ценностей, наконец, утверждения в сознании людей имплицитного единства прав и обязанностей, свобод и ответственностей невозможна какая-либо многопартийность, действенное участие партийных структур в управлении делами государства. “Только созревшее общественное мнение рождает настоящие политические партии”, - констатировал Б.Н. Чичерин. Именно рыхлость этого самого “общественного мнения” в нынешней России обрекает на неуспех амбициозных политиков, стремящихся создать “свою” партию. Примеры кагарлицких, шахраев, рыбкиных, боканей, гайдаров, иных практически поблекших политических фигурок, будут множиться и впредь, поскольку, повторюсь, основу социальной базы любой российской партии, по Б.Н. Чичерину, составляет опора на сформировавшееся общественное мнение, а не на “смутное брожение бесконечно разнообразных направлений”. Только те из современных партий, которым удается уловить устойчивый общественный интерес, понять устремления его носителей, овладеть вниманием определенной социальной группы, объединенной вокруг этого интереса, могут рассчитывать на внимание в обществе. Никакая виртуозность политтехнологов и специалистов по связям с общественностью в избирательной кампании не заменит реальной социальной базы партии. Основа стабильного успеха любой из них видится не столько в овладении искусством манипулирования предпочтениями электората, сколько в умении артикулировать действительные насущные интересы социальных страт, мобилизоваться на их реализацию.
Мы порой незаслуженно мало уделяем внимания муниципальным выборам. А ведь именно здесь, на микроуровне политики, зачастую формируются зачатки тенденций развития политической ситуации. Узаконенная де-юре “оторванность” муниципальной жизни от “большой власти”, вероятно, не лучший из варинатов.
Пренебрежение результатами исторически накопленного научного опыта может привести к возникновению весьма серьезных проблем. Так, по моим оценкам, излишнее педалирование “самостийности” местного самоуправления в Российской Федерации, его законодательно закрепленное дистанцирование (неестественное по сути своей) от органов государственной власти во многом предопределили возникновение кризисных ситуаций на местах. В самом противопоставлении государственных и муниципальных структур скрыт синдром “политической местечковости”, видится некая база “разброда и шатаний”. Время подтверждает мысль Б.Н. Чичерина о том, что “конституционный порядок держится не на самостоятельности местного самоуправления, а общим духом, господствующим в народе”. Позднее, в “Вопросах политики” он разовьет эту мысль: “Государство владеет совокупные интересы, которым подчиняются частные, но последние сохраняют свою относительную самостоятельность”. Создание механизмов обеспечения разумного баланса полномочий и ответственностей государственной власти и местного самоуправления, полагаю, на сегодня одна из важнейших проблем теоретической и прикладной политологии, решение которой невозможно без опоры на наследие русских ученых.
Но вернемся в век нынешний. Определяя современную ситуацию в России как диструктивную стадию системного кризиса, полагаю, что необходимым условием объективного и всестороннего анализа реальных политических процессов является, в том числе, обращение к классическому наследию общественных наук. При этом, отдавая должное весомости и глубине работ зарубежных ученых, следует более предметно изучать труды отечественных исследователей, их методологию и концептуальные подходы. Убежден, что без глубокого проникновения в существо российской системы ценностей, знания изнутри ментальности людей, населяющих страну, присущих лучшим умам прошлого, достижение объективного результата в исследовании политической сферы становится проблематичным.
К сожалению, укоренившееся в последние годы у части российского научного сообщества представление о том, что только зарубежные исследователи смогли максимально приблизиться к объективному анализу социальных проблем, выработать научный инструментарий, дающий абсолютный результат, не может быть признано как некая панацея. На собственном опыте берусь это доказать. К примеру, изучение работ Г. Алмонда, С. Вербы (преподносимых в ряде случаев как “классика жанра”), их методологии анализа политической культуры, позволяет утверждать, что американская система классификации и подход к ее изучению, в большей мере приемлемы для англосаксонской традиции политической науки. Их методологические посылы дают явные сбои при исследовании транзитарной модели политической культуры, доминирующей в современной России. Более того, ортодоксальная позиция ряда зарубежных авторов, исповедующих в качестве идеального модуса общественного развития индивидуалистическую, по сути, концепцию имеет явно ограниченную зону применения. Наша аксиологическая многоукладность “не вмещается” в рамки североамериканских постулатов середины ХХ века.
Оценивая итоги выборов уместно сказать о том, что достигнутый в результате волеизъявления граждан политический компромисс вовсе не есть конечный результат, некая константа политического процесса. Раздрай в стане блока “Родина”, невнятная позиция коммунистов, а также правых сил, оставшихся за рамками официального политического Олимпа, полагаю, представляет собой естественный, но далеко не конструктивный компонент современной политики. “Полуторапартийная” по сути своей Дума таит в себе не только позитив, но и может стать при изменении политической конъюнктуры проблемой для общества и государства.
Желая дать прямой ответ на прямой вопрос: результаты думских выборов – это победа или поражение? Для нас, избирателей, это относительно реальное отражение нас самих, наших настроений и желаний.